Служебный роман (фильм, 1977)

Если бы не было статистики, мы бы даже не подозревали о том, как хорошо мы работаем.

***

Статистика — это наука, она не терпит приблизительности.

***

Она знает дело, которым руководит. Так тоже бывает.

***

Мы называем её «наша мымра». Конечно, за глаза.

***

— Зачем ты ел пластилин?!
— А я его с сахаром ел!

***

А это Шура — симпатичная, но, к сожалению, активная. Когда-то её выдвинули на общественную работу и с тех пор никак не могут задвинуть обратно.

***

— А какой это Новосельцев?
— А никакой. Вялый и безынициативный работник. К сожалению, таких у нас много.

***

— Ну и как там у них в Женеве?
— Сложно!

***

— Каждая новая метла расставляет везде своих людей.
— Надеюсь, ты мой человек?
— Конечно! Правда, до этой минуты я был ничей.

***

На Машу Селезнёву мне ничего не жаль.

***

— Вы купили новые сапоги, Вера?
— Да вот ещё не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравится?
— Очень вызывающие, я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после неё.
— Значит хорошие сапоги, надо брать.

***

— Она немолодая, некрасивая, одинокая женщина.
— Она не женщина, она директор.

***

Возьмём, к примеру, опята. Они растут на пнях. Если придёшь в лес и тебе повезёт с пнём, то можно набрать целую гору пней… ой, опят…

***

Сигаретку, спичку, коробок?

***

— Грибы вас мало интересуют, я так понимаю…
— Правильно понимаете.
— Ягоды не интересуют?
— Только в виде варенья.
— А стихи… в виде поэзии?

***

— Очень хочется произвести на вас приятное впечатление.
— Вам это удалось. Уже.
— Усилить хочется.

***

— Я надеюсь, вы не собираетесь музицировать?
— Ага, петь хочется!
— Какое несчастье…
— Почему? Друзья утверждают, что у меня красивый баритональный дискант
— Они Вам льстят.

***

— Подождите, меня осенила догадка: вы пьяный?
— Нет, что вы! Когда я пьян, я буйный. Хы-ы!.. Вот, а сейчас я тихий.
— Мне повезло.

***

— Как же она могла оставить детей, Леонтьева? Она же мать.
— Ха! Мать! Мать у них был Новосельцев!

***

Здравствуйте… Прокофья… Людмиловна.

***

— Меня вчера муха укусила.
— Да. Я это заметила.
— Или я с цепи сорвался.
— Это уже ближе к истине.
— Значит, я с цепи.

***

— Почему вы всё время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!
— Не надо меня кусать! Зачем раскусывать?

***

— Вы утверждали, что я чёрствая!
— Почему? Мягкая!
— Бесчеловечная!
— Человечная!
— Бессердечная!
— Сердечная!
— Сухая!
— Мокрая!

***

— Мы вас любим… В глубине души… Где-то очень глубоко…

***

— Что же, выходит, что все меня считают таким уж чудовищем?
— Не надо преувеличивать. Не все… Не таким уж чудовищем…

***

— А мне ведь только тридцать шесть.
— Как тридцать шесть?
— Да-да. Я моложе вас, Анатолий Ефремович. А на сколько я выгляжу?
— На тридцать… пять.
— Опять врёте, товарищ Новосельцев!

***

— Верочка, будет вам пятьдесят лет — вам тоже соберём!
— Я не доживу, я на вредной работе.

***

У нашего руководства, то есть у меня, родилась, как ни странно, ням-ням, мысль: назначить вас, одного из ведущих работников отечественной статистики (чё там скрывать, ха-ха-ха) — начальником отдела лёгкой промышленности. Лё-ёгонькой промышленности.

***

Именно обувь делает женщину женщиной.

***

— Значит, неудачные ноги, Людмила Прокофьевна, надо прятать!
— Куда!?
— Под макси!

***

— Слово неприличное написано.
— Стереть!

***

— Блайзер — клубный пиджак.
— Для «Дома культуры», что ли?
— Туда тоже можно.

***

— Сейчас парики не носят, так?
— Ну и слава Богу, я считаю. Куда лучше так… это… живенько, правда? А то как дом на голове!
— Ну, если живенько, то лучше.

***

— Надо выщипывать, прореживать.
— Чем?
— Ну, хотя бы рейсфедером!
— Рейсфедером? Милая моя, это же больно!
— Ну, вы женщина, поте́рпите! Бровь должна быть то-о-оненькая, как ниточка. Удивлённо приподнятая.

***

— Что отличает деловую женщину от… ЖЕНЩИНЫ?
— Что?
— Походка! Ведь вот как вы ходите!
— Как?!
— Ведь это уму непостижимо! Вся отклячится, в узел вот здесь вот завяжется, вся скукожится, как старый рваный башмак, и вот — чешет на работу, как будто сваи вколачивает!

***

В женщине должна быть загадка! Головка чуть-чуть приподнята, глаза немножко опущены, здесь всё свободно, плечи откинуты назад. Походка свободная от бедра. Раскованная свободная пластика пантеры перед прыжком. Мужчины такую женщину не пропускают!

***

— Ну, понимаете, можно, конечно, и зайца научить курить. В принципе ничего нет невозможного.

***

— Грудь вперёд!
— Грудь? Вы мне льстите, Вера.
— Вам все льстят!

***

Людмила Прокофьевна, где вы набрались этой пошлости? Вы же виляете бёдрами, как непристойная женщина!

***

Это не лошадка, это мамонт какой-то!

***

— Зачем спрятать?
— Зачем? А от юбиляра, чтобы он не обрадовался раньше времени.

***

— Положите лошадь.
— Мне не тяжело. Я сильный.

***

— Поставьте лошадь! Что вы! Она же тяжёлая. Что вы в неё вцепились?!
— Я с ней сроднился.

***

— Мы поехали в «Арагви». Мы там ели… что ещё… угощались… цыплята табака, сациви, купаты, ша… ша… шлыки… чебуреки…

***

— Вы же непьющая.
— Как это непьющая? Очень даже… почему же? От хорошего вина не откажусь…

***

— Почему вы всё время врёте?
— Потому что я беру пример с вас, Людмила Прокофьевна.

***

Зачем вы занимаетесь мною лично? Поручите меня вашему секретарю.

***

— Людмила Прокофьевна! Представляете, Бубликов умер!
— Как умер, почему умер, я не давала такого распоряжения…

***

— Если сегодня ещё кто-нибудь умрёт или родится, я останусь без обеда.

***

Вставайте же наконец! И… идите… занимайтесь… чем там?.. делами!

***

— Ты же умница.
— Когда женщине говорят, что она умница, это означает, что она круглая дура?

***

Понимаете, Бубликов умер… а потом он не умер. Умрёт ли он ещё раз — неизвестно, а цветы пропадают. Шура дёргает их из Бубликова и… ой, то есть из венка из-под Бубликова, делает букеты и дарит женщинам.

***

— Вы так на меня смотрите… Вы подозреваете, что это я вам приволок этот веник?
— Почему вы так говорите? Это не веник! Это прекрасный букет!

***

— Никому из сотрудников вы бы не позволили себе швырнуть в физиономию букетом. Неужели вы ко мне неравнодушны?
— Ещё одно слово, и я запущу в вас графином!
— Если вы сделаете графином, значит, Вы действительно меня… Того-этого…

***

— Где у вас тут дверь…?
— Где надо, там и дверь!

***

— А может быть, действительно не вы принесли этот злосчастный букет?
— Нет, Людмила Прокофьевна, это действительно я.
— Ну знаете! Хватит! Нет у вас ни стыда, ни совести!

***

— Я соображаю, о ком вы говорите.
— А кроме вас ещё кто-нибудь соображает?
— Весь коллектив.
— Информация поставлена у нас хорошо!

***

— Шура, если память мне не изменяет, вы числитесь в бухгалтерии?
— По-моему, да…
— Вы это хорошо помните?
— Да, по-моему…

***

— А меня вообще сослали в бухгалтерию!
— Да на тебе пахать надо!

***

— Идите вы… в бухгалтерию!

***

— Мало того, что вы враль, трус и нахал, — вы ещё и драчун!
— Да, я крепкий орешек!

***

— Красное. Или белое?
— Или белое. Но можно красное.

***

— Давайте чтоб все были здоровы!
— Прекрасный тост!

***

— У меня к вам предложение.
— Рационализаторское?
— Да, где-то…

***

— У меня дети. У меня их двое: мальчик и… м-м… де… тоже мальчик. Два мальчика. Вот.

***

Вы не сделали ничего особенного, вы испортили мне новое платье.

***

— Снимайте платье! Живо, снимайте! А-а! Нет, нет. Не сейчас, не здесь.
— Что же вы говорите «снимайте»?

***

Дороже вас… у меня вот уже несколько дней никого нет.

***

Вот смотрю я на вас, Верочка, и думаю: будь я полегкомысленнее, я бы… ух!!

***

— Ну, как поживает кошка?
— Сказала, что лучше.
— Так и сказала?
— Да, так и сказала.
— Замечательная кошка! Самая лучшая кошка на свете.

***

— А как вам моя причёска?
— Умереть — не встать!
— Я тоже так думаю.

***

Садись… э-э… тесь.

***

— Короче говоря, я уже подписала приказ о вашем назначении начальником отдела.
— За что? Что я вам такого сделал плохого?

***

У меня есть смягчающее обстоятельство. Я люблю вас.

***

— Ты знаешь, я понял, из-за чего мы с тобой разошлись: нам нужен ребёнок!
— Ты хочешь, чтоб у нас был ребёнок?
— Да! И как можно скорее!
— Но я не могу сейчас. До конца работы ещё два часа и Калугина тут…

***

— Пишите, пишите!
— Не торопите меня, я не пишущая машинка!

***

— Кстати, я надеюсь, материально вы не очень пострадали? Билеты в цирк не пропадут?
— Ну безусловно! Я загоню их по спекулятивной цене.
— Ага. Ну, в вашей практичности я нисколько не сомневалась, товарищ Новосельцев.

***

— Только, пожалуйста, побыстрее: у меня куча дел.
— Ничего, подождёт ваша куча.

***

— Плохо учились в школе? Я так и знала, что вы — бывший двоечник!
— Оставим в покое моё тёмное прошлое.

***

— Вы уходите, потому что директор вашего учреждения Калугина…
— Ну-ну, смелее, смелее!
— Самодур?!
— Угу. Самодура!

***

— Ничего не скажешь, вы настоящий современный мужчина!
— Какое вы право имеете меня так оскорблять?!

***

— Не бейте меня по голове, это моё больное место!
— Это ваше пустое место!

***

Поставьте Веру на место! И не трогайте больше руками!

0